Сын погибших российских чемпионов мира по фигурному катанию все‑таки поедет на Олимпиаду-2026 — но под флагом США. Для Максима Наумова это будет не просто дебют на Играх, а исполнение семейной мечты, которую он теперь разделить с родителями уже не может. Узнав о включении в олимпийскую команду, фигурист не сдержал слез.
Как чемпионат США решил судьбу Наумова
В Сент-Луисе завершился чемпионат США по фигурному катанию — главный отборочный старт к Олимпийским играм в Милане. По итогам турнира специальная отборочная комиссия сформировала состав мужской сборной, и среди тех, кто получил право выступить на Играх-2026, оказался Максим Наумов — одиночник с русскими корнями, сын легендарной пары Евгении Шишковой и Вадима Наумова.
Для Максима этот сезон мог так и не начаться: еще год назад он всерьез задумывался о завершении карьеры после трагедии, которая разрушила его привычную жизнь.
Январь, который разделил жизнь на «до» и «после»
В январе 2025 года, сразу после очередного чемпионата США, Максим вернулся домой в Бостон. Его родители — чемпионы мира и участники Олимпиады Евгения Шишкова и Вадим Наумов — задержались в Уичито: они проводили короткие тренировочные сборы для юных фигуристов. Там же они сели на рейс в Вашингтон.
Самолет, на борту которого находились Шишкова, Наумов и несколько их воспитанников, при заходе на посадку над рекой Потомак столкнулся с вертолетом. В результате авиакатастрофы не выжил никто — ни пассажиры, ни члены экипажа. Для Максима это стало ударом, который невозможно было ни предугадать, ни к нему подготовиться.
Первое публичное выступление — на мемориальном шоу
После трагедии Максим снялся с чемпионата четырех континентов — выходить на лед в соревновательном режиме он тогда не был готов. Первое его появление перед публикой после гибели родителей состоялось на мемориальном ледовом шоу, посвященном памяти погибших фигуристов и тренеров.
В этой программе Наумов выступил под композицию Игоря Корнелюка «Город, которого нет» — одну из любимых песен его отца. Прокат был пропитан болью и любовью: зрительный зал замер, а многие не смогли сдержать слез. Это выступление стало не просто номером, а своеобразным прощанием и признанием в том, что родители продолжают жить в его памяти и в его катании.
Потерять родителей и тренеров в один момент
С самого детства Максим находился под опекой Евгении Шишковой и Вадима Наумова не только как сына, но и как спортсмена. Они были его постоянными тренерами, проводниками в мир большого спорта, теми, кто учил его не только технике, но и отношению к делу.
Катастрофа лишила его сразу двух опор: семьи и профессионального штаба. Последний их разговор с отцом был совершенно рабочим — они подробно разбирали выступления в Уичито и обсуждали подготовку к Олимпиаде-2026. Почти час Вадим объяснял, какие элементы стоит усилить, что изменить в тренировочном процессе, как повысить стабильность, чтобы пробиться в олимпийскую команду США и поехать в Милан.
После трагедии эти планы показались Максиму бессмысленными. В первые недели он не был уверен, сможет ли вообще вернуться на лед и есть ли в этом смысл без родителей рядом.
Как Наумову помогли вернуться в спорт
Мысли о завершении карьеры казались вполне реальными: любая тренировка ассоциировалась с родителями, каждая попытка выйти на лед напоминала об утрате. Однако постепенно Наумов понял, что продолжение пути может стать формой благодарности родителям и способом сохранить их наследие.
На этом этапе рядом с ним оказались люди, готовые подставить плечо. К работе с фигуристом подключились тренер Владимир Петренко и хореограф Бенуа Ришо. Вместе с ними Максим начал строить свой новый «олимпийский» сезон, фактически заново выстраивая и техническую, и эмоциональную сторону своей карьеры.
Новый тренерский штаб помог ему не только отточить прыжки и шаги, но и переключиться с переживаний на цель, которая когда-то была его общей с родителями: отобраться на Олимпийские игры.
Конкуренция за путевки в Милан
До нынешнего сезона Наумов трижды финишировал четвертым на чемпионатах США — всегда рядом с пьедесталом, но без медали. В олимпийский год цена ошибки возрастает в разы: у американской команды на мужский одиночный разряд было три квоты.
Одна из них фактически с самого начала считалась недосягаемой для соперников — ее без вариантов резервировали под Илью Малинина, выполняющего настолько сложный набор прыжков, что конкурировать с ним в техническом компоненте практически невозможно. За две оставшиеся путевки развернулась ожесточенная борьба между несколькими одиночниками примерно равного уровня, и Максим был лишь одним из претендентов, но не фаворитом.
Бронза, фото с родителями и слезы в «кисс-энд-крае»
Во время чемпионата США Наумов не только выдержал давление, но и показал, пожалуй, самое зрелое катание в карьере. После проката он сел в «кисс-энд-крае» и достал маленькую детскую фотографию, где он вместе с родителями. Тогда, будучи ребенком, он вряд ли понимал, что такое Олимпийские игры и какой ценой добиваются права там выступать. Теперь же эта мечта обрела для него личный, почти сакральный смысл.
По итогам соревнований Максим впервые завоевал бронзовую медаль национального первенства. Вместе с Ильей Малининым и Эндрю Торгашевым он был включен в состав олимпийской сборной США. Услышав свое имя в числе тех, кто поедет в Милан, Наумов не смог сдержаться и расплакался.
«Олимпиада — часть нашей семьи»
Уже после объявления состава Максим рассказал, о чем думал, когда понял, что мечта сбылась:
«Мы с родителями много говорили о том, какое значение Олимпийские игры имеют для нас и насколько это часть нашей семьи. В первую секунду я сразу подумал о них. Я хотел бы, чтобы они были рядом и увидели этот момент, но я действительно ощущаю их присутствие — они со мной», — поделился фигурист на пресс-конференции.
Для него участие в Олимпиаде — не только вершина спортивной карьеры, но и способ завершить незаконченный диалог с родителями, которые сами прошли через олимпийский опыт и готовили сына к его собственному выходу на главный лед четырехлетия.
Семейное наследие: от российских чемпионов к американскому олимпийцу
Евгения Шишкова и Вадим Наумов — имена, хорошо знакомые любителям фигурного катания старшего поколения. В парном катании они выигрывали чемпионаты мира, представляли Россию на Олимпийских играх, а затем продолжили свою карьеру уже в качестве тренеров в США.
Максим, родившийся и выросший в американской системе, унаследовал от них и генетику, и отношение к профессии. Выбор выступать за США был для него естественным: вся его спортивная биография связана с этой страной, но при этом он никогда не отрывал себя от русских корней. В его программах часто звучит музыка, с которой работали родители, а элементы и стиль катания несут отпечаток российской школы.
Таким образом, его выход на лед в Милане станет символическим продолжением пути семьи Шишковой–Наумова: из России — в США, от одного поколения — к другому.
Моральная нагрузка олимпийца в трауре
Психологи и тренеры нередко отмечают: выступать на крупных турнирах после личной трагедии — огромное испытание. Спортсмен вынужден одновременно выдерживать колоссальное давление соревнований и справляться с внутренней болью.
Наумов оказался в ситуации, где любое упоминание Олимпиады неотделимо от воспоминаний о родителях. С одной стороны, Игры — их общая цель, к которой они шли годами. С другой — сам факт, что он достиг ее без них, неизбежно вызывает новый виток переживаний. В подобных условиях сохранить концентрацию, не сорвать прокаты и выдержать сложную олимпийскую подготовку — уже подвиг.
Максим не скрывает эмоций, но в то же время демонстрирует редкую для своего возраста зрелость: он не отталкивает боль, а превращает ее в топливо для работы. Именно такой подход часто отличает тех, кто способен выдерживать олимпийский уровень стрессов.
Что ждет Наумова в Милане
На Олимпийских играх-2026 Максим, скорее всего, не будет числиться среди главных фаворитов турнира, если смотреть только на набор технических элементов. Однако его история, уровень хореографии и способность собираться в ключевые моменты могут стать его стратегическим преимуществом.
Во-первых, фигурист уже показал, что умеет кататься на максимуме под сильнейшим психологическим давлением. Во-вторых, он обладает выразительным скольжением и поставленными программами, где акцент сделан не только на прыжки, но и на интерпретацию музыки. В мужском одиночном катании, где доминируют сверхсложные прыжки, такие спортсмены часто запоминаются именно целостностью образа.
Наконец, сама история Наумова неизбежно привлечет внимание зрителей и специалистов. Для многих его олимпийский прокат станет не просто спортивным выступлением, а кульминацией длинного, драматичного пути от семейной трагедии до большой арены.
Личный олимпийский рубеж
Прошедший год стал для Максима, без преувеличения, самым тяжелым в жизни. Но, несмотря на боль, он дошел до той точки, о которой они когда-то мечтали всей семьей: заработал право выступить на Олимпийских играх.
Как дальше сложится его карьера — покажет время. Возможно, Олимпиада-2026 станет для него трамплином к новым медалям и рекордам, а возможно, самым главным эмоциональным пиком, который сложно будет превзойти. Одно очевидно уже сейчас: этот момент навсегда останется для Наумова тем рубежом, которым он сможет гордиться и как спортсмен, и как сын людей, отдавших жизнь фигурному катанию.