Каждый май в российском фигурном катании наступает своеобразная пауза ожидания. Спортсмены заканчивают сезон, тренеры планируют новые программы, а болельщики гадают: кто войдет в состав сборной на следующий год. Формирование национальной команды — ключевая точка межсезонья, которая показывает, на кого федерация делает ставку и как будет выглядеть верхушка пьедесталов в новом цикле.
Приказ с основным и резервным составами сборной России на сезон 2026/27 пока официально не опубликован. Однако напряжение уже создано — достаточно было слуха о том, что в основной состав якобы включили Камилу Валиеву и Александру Трусову без прохождения формального отбора. Эта информация мгновенно вызвала всплеск обсуждений, после чего последовало ожидаемое опровержение от генерального секретаря ФФККР Александра Когана. Но сам факт появления таких инсайдов вновь обострил главный вопрос: по каким правилам на самом деле формируется сборная и насколько вообще реалистично включение Валиевой и Трусовой в нынешних условиях?
Чтобы разобраться, полезно вернуться на год назад. Женская сборная на сезон 2025/26 выглядела предельно логично: шесть лучших одиночниц чемпионата России-2025 — Аделия Петросян, Дарья Садкова, Алина Горбачева, Софья Муравьева, Софья Акатьева и Анна Фролова — и составили костяк команды. Тогда система казалась устойчивой, а сам перечень фигуристок — безупречно выверенным и справедливым.
Но за один сезон эта конструкция практически рассыпалась. Софья Акатьева так и не смогла полноценно восстановиться после травм и выбыла из активной борьбы. Алина Горбачева перенесла операцию и пропустила практически весь сезон, выпав из турнирного поля. Софья Муравьева застопорилась в прогрессе и в итоге приняла решение о смене спортивного гражданства. Из прежнего «скелета» женской сборной в рабочем состоянии остались фактически только трое: Аделия Петросян — яркий и подтвержденный лидер, Дарья Садкова — крайне нестабильный, но все равно околотовповой претендент, и Анна Фролова — символ стабильности на фоне всеобщей турбулентности, пусть и не без оговорок по уровню сложности и потолку роста.
Если смотреть исключительно на результаты, расклад женской одиночки перед сезоном 2026/27 выглядит так. Два места неоспоримо закреплены за Петросян и ее одногруппницей Алисой Двоеглазовой, удачно дебютировавшей во взрослых и подтвердившей конкурентоспособность в ключевых стартах. Их позиции — бесспорные: они собрали нужный набор медалей и очков, и к их присутствию в составе вопросов не возникает.
Третье место Марии Захаровой и четвертое Анны Фроловой на чемпионате России-2026 дают этим фигуристкам весомое формальное преимущество — они попадают в приоритетную зону отбора. Так формируется четверка, которая полностью закрывает главный критерий для централизованного финансирования: место в топ-6 национального первенства. После этого начинается территория спорных трактовок и тонких расчетов.
На оставшиеся две позиции в женской части сборной (Муравьеву автоматически исключают из расчета в связи со сменой спортивного гражданства) по формальным пунктам могут претендовать несколько фигуристок. Это Дина Хуснутдинова — шестая на чемпионате России и восьмая в финале Гран-при, Камилла Нелюбова — третья в финале Гран-при при седьмом месте на чемпионате страны, и уже упомянутая Дарья Садкова, занявшая второе место в финале Гран-при, но провалившаяся на чемпионате России, где стала лишь 14-й. Теоретически в эту же зону многие пытаются вписать Камилу Валиеву и Александру Трусову, но у них за минувший сезон нет турнирных результатов вообще.
При этом правила отбора не сводятся к сухому подсчету мест. В регламенте прямо прописано, что тренерский совет имеет право учитывать дополнительные критерии: сложность заявленных программ, динамику результатов за несколько сезонов, надежность прокатов в стрессовых условиях, психологическую устойчивость, а также мотивацию спортсмена и перспективность с прицелом на ближайший олимпийский цикл. Именно здесь и появляется пространство для маневра — и, как следствие, простор для домыслов о якобы возможных «особых условиях» для звездного дуэта Валиева — Трусова.
В фундаментальных документах — приказе Минспорта № 555 от августа 2023 года и внутреннем порядке формирования сборной ФФККР от мая 2025 года — механизм исключений действительно подробно расписан. Есть несколько узко очерченных случаев, когда спортсмен может быть включен в национальную команду, не выполнив формальные спортивные критерии текущего сезона. Один из таких случаев — выход из отпуска по уходу за ребенком. Именно эта норма теоретически могла бы открыть путь в сборную для Александры Трусовой, ставшей мамой. Однако важно понимать нюанс: перерыв в ее карьере начался задолго до беременности, а попытка вернуться в сезон ограничилась участием в контрольных прокатах. Формально это дает повод для дискуссий — но отнюдь не гарантирует автоматический пропуск в основу.
Другой пункт, который часто всплывает в обсуждениях, — включение спортсмена после отмены временного отстранения антидопинговой организацией. В случае Камилы Валиевой он не работает принципиально. Речь идет именно о временной мере, снимаемой, если нарушение не подтверждается или дисциплинарное дело закрывается. Валиева же получила полную дисквалификацию за доказанное нарушение антидопинговых правил, а ее апелляция на решение CAS была отклонена Федеральным судом Швейцарии. С юридической точки зрения это закрывает для нее путь к использованию указанной лазейки.
Именно поэтому, если опираться только на букву регламентов, в нынешнюю весну формальных оснований для автоматического включения и Валиевой, и Трусовой в списки сборной нет. Однако Коган уже заявил, что окончательный вариант состава все равно требуется согласовать с Минспорта, а значит, до выхода приказа сохраняется некоторый люфт для любых конфигураций. Это не означает гарантированный «особый статус» для кого-либо, но оставляет пространство для гибких решений — прежде всего на уровне расширенного резерва, а не основной шестерки с централизованным финансированием.
Если расширить фокус и посмотреть не только на женское одиночное катание, становится видно, что драматургия есть и в других видах, просто она менее громкая. В мужской одиночке трое кандидатов на топ-6 не вызывают сомнений: Петр Гуменник, оформивший «золотой дубль» — победы и на чемпионате России, и в финале Гран-при; Евгений Семененко с двумя серебряными медалями на тех же стартах; а также Марк Кондратюк, завоевавший бронзу ЧР и четвертое место в финале Гран-при. Это костяк, вокруг которого будет выстраиваться мужская сборная.
В прошлом сезоне компанию им в составе национальной команды составляли Владислав Дикиджи, Макар Игнатов и Глеб Лутфуллин. Однако по результатам 2025/26 двое последних фактически выпадают из борьбы за основу — они не удержали нужный уровень стабильности и позиций в ключевых турнирах. У Дикиджи шансы на сохранение прописки в топ-6 чуть выше: седьмое место на чемпионате России при шестом в финале Гран-при пусть и не выглядят блестяще, но дают определенный аргумент в его пользу.
Вокруг оставшихся мест в мужской сборной формируется локальная борьба между Дикиджи, Андреем Мозалевым (шестой на ЧР, седьмой в финале Гран-при), Матвеем Ветлугиным и рядом молодых ребят, которые громко заявили о себе на юниорском уровне и начинают постукиваться во взрослую категорию. Здесь тренерскому совету тоже придется балансировать между «выстраданным опытом» и перспективой на будущее: мужчины неизбежно становятся ключевым ресурсом на международной арене, когда речь заходит о командных турнирах, и ставка на долгосрочный рост может перевесить текущий рейтинг.
Не менее показательной будет расстановка сил в спортивных и танцевальных дуэтах. Там формальные критерии — места на чемпионате России и в финале Гран-при — также дают основу для отбора, но влияние травматичности и смены партнеров делает картину еще более вариативной. В спортивных парах важно учитывать не только конечный результат, но и технический потенциал: сложность выбросов, стабильность поддержки, готовность к освоению новых элементов. В танцах на льду тренеры и функционеры в последнее время все больше смотрят на компоненты, уровень интерпретации и оценку судей по программным компонентам — именно это определяет, будут ли пары конкурентоспособны по-настоящему, когда допуск к международным стартам будет восстановлен.
Возвращаясь к теме Валиевой и Трусовой, можно выделить несколько сценариев. Первый — жесткое следование формальным критериям: в основу попадают только те, кто подтвердил уровень на льду в прошедшем сезоне. В этом случае обе фигуристки остаются за пределами сборной, либо максимум — могут претендовать на индивидуальную поддержку или приглашение на контрольные прокаты без статуса членов команды. Второй сценарий — гибкий: одна или обе могут появиться в расширенном составе с прицелом на возможное возвращение в соревновательный ритм в течение сезона, при условии, что их физическое состояние, тренировочная готовность и желание реально выступать будут убедительными.
При этом стоит понимать, что включение громкого имени в список само по себе не решает ни одной системной задачи. Для федерации важнее получить спортсмена, способного стабильно исполнять сложный контент и бороться за высокие баллы, чем просто дать строчку в приказе легенде прошлого цикла. В этом смысле будущее Валиевой и Трусовой будет зависеть не от силы их бренда, а от того, вернутся ли они к реальной соревновательной практике и выдержат ли конкуренцию с уже действующими лидерами.
Еще один аспект, который часто остается за кадром, — финансовый. Попадание в основной состав сборной означает доступ к централизованному финансированию: оплату сборов, медицинского сопровождения, выездов на соревнования, иногда частичное покрытие затрат на постановку программ. Именно поэтому борьба за места в топ-6 так остра: это не только статус, но и реальный ресурс для подготовки. Решения по спорным кандидатам в этой зоне всегда особенно чувствительны — любое отклонение от регламента вызывает вопросы коллег по цеху и риск конфликтов внутри сообщества тренеров.
Важную роль в нынешней конфигурации играет и олимпийская перспектива. Сезон 2026/27 станет рубежным перед заключительным отрезком к Играм-2030. Даже если международная изоляция к этому моменту до конца не снята, внутри страны идет подготовка именно к этому циклу: отбираются спортсмены, которые через три-четыре года будут способны не просто исполнять четверные прыжки или сложнейшие поддержки, но и выдерживать давление большого турнира. Поэтому тренеры и функционеры вынуждены думать не только о том, кто сегодня занимает третью или четвертую строку национального рейтинга, но и кто способен выстрелить в среднесрочной перспективе.
В итоге вопрос «Трусова и Валиева — в сборной России без отбора?» упирается не в эмоции, а в сочетание нормы и здравого смысла. Формальные критерии сейчас отчетливо не на их стороне. Исключения, прописанные в документах, либо неприменимы, либо требуют крайне осторожной интерпретации, чтобы не подорвать доверие к системе. Возможность гибких решений действительно существует, но куда реалистичнее выглядит вариант, при котором любые «особые» имена, даже самые громкие, сначала доказывают свою готовность на льду — через прокаты, внутренние старты и хотя бы один полноценный сезон. И только затем снова входят в сборную не как символы былой славы, а как реальные претенденты на медали.