«Я живу лучшую жизнь». Чемпионка России Анастасия Томшина — о материнстве, возвращении в биатлон и новом взгляде на карьеру
В мае 2025 года биатлонистка Анастасия Томшина стала мамой — у нее родилась дочь. Уже вскоре после родов она начала постепенно возвращаться к тренировкам и за один сезон не просто вернулась на конкурентный уровень, а провела лучший год в карьере: выиграла несколько медалей на внутренних стартах и впервые стала чемпионкой России.
О том, каково выходить на старт после декрета, чем материнство меняет спортсменку и как живется в режиме «спорт плюс семья», Анастасия рассказала Виктории Дмитриевой.
***
— В 2022 году ты говорила, что не чувствуешь особого внимания к себе, потому что у тебя нет крупных международных титулов. В 2026-м ситуация изменилась?
— Я по‑прежнему не ощущаю какого‑то ажиотажа вокруг своей персоны. Для меня этот сезон после декрета был больше похож на большой вихрь: много эмоций, много нового опыта. В целом все сложилось очень неплохо, но я по характеру максималист. Внутреннюю планку держу на уровне олимпийской медали и подиумов Кубка мира. Чемпионат России, домашние соревнования — это, скажем так, где‑то посередине моего личного диапазона целей. Да, я проделала серьезную работу, да, мне повезло там, где я брала медали, но воспринимаю это как промежуточный этап, а не вершину.
— Ты в 2022-м и ты в 2026-м — насколько это разные версии Анастасии?
— Отличаюсь кардинально. Сейчас у меня есть такой багаж знаний и ощущений, который позволяет тренироваться гораздо осознаннее и автономнее. Я могу выстроить собственный график нагрузок, подстроить его под себя и быть в нем уверенной. Я четко понимаю, что мне подходит, а что нет, и не боюсь это использовать.
В сборной, как ни крути, не всегда возможно учесть индивидуальные нюансы каждого спортсмена, и иногда это даже тормозит развитие. Сейчас у меня больше свободы и, как следствие, больше возможностей для роста. Это же чувствуется и на стартах — в моих действиях во время гонок стало больше осмысленности, хладнокровия и уверенности, чем было раньше.
— За последние годы в твоей жизни многое поменялось: семья, материнство. Постоянным остался только биатлон. Тебя устраивает, как складывается карьера?
— У меня вообще все случается очень вовремя. И беременность, и то, как я к ней подошла, как прошла через этот период, как вернулась — оглядываясь назад, я понимаю, что все сделала максимально правильно именно для себя. Мне в чем‑то повезло, но в чем‑то это была осознанная подготовка. Сейчас могу честно сказать: даже без международных стартов я ощущаю удовлетворение от того, как складывается карьера.
Да, мне бы хотелось выступать на крупнейших турнирах мира — это моя внутренняя «красная линия» целей. Но при этом я не живу в ощущении, что все бессмысленно без заграничных стартов. Я чувствую, что двигаюсь, развиваюсь, становлюсь сильнее, и это придает спокойствие.
— В сезоне‑2025/26 ты вернулась после родов. Существует мнение, что спортсменки после рождения детей нередко становятся только сильнее. Ты почувствовала на себе такой «магический» эффект?
— Меня, честно, раздражает, когда мои результаты пытаются объяснить фразой: «Ну, тебе сейчас просто гормоны помогают». Почти никто не интересуется, как выглядела подготовка, какой путь я прошла. А он был непростым.
Есть много индивидуальных факторов, которые повлияли на то, что я сейчас в такой форме. Начиная с того, в каком состоянии я вообще входила в беременность, как тренировалась все девять месяцев и как строилось восстановление. Мой организм молодец — он выдержал очень много. Я в какой‑то момент уже с плюс 15 килограммами веса и полутора литрами дополнительной крови в организме выходила на лыжи, сохраняя координацию и работая на пульсе 140. Это не чудо гормонов, это системный труд, аккуратность и дисциплина.
Я вернулась без критических проблем, внутренне была уверена, что со мной все в порядке. Общалась с девчонками, которые тоже рожали и потом возвращались в спорт, — мне было с чем сравнивать, и на этом фоне я понимала, что мой путь восстановления прошел очень гладко.
— В минувшем сезоне ты брала медали практически на всех стартах, а чемпионат России выиграла впервые в карьере. Среди этого набора наград есть особенная, самая ценная?
— Как ни парадоксально, нет. У меня не было ни одного старта, который я бы выделяла как «главный» и под который подводила бы форму отдельно. Основная цель сезона была совсем другой: вернуть свои физические кондиции, почувствовать в теле знакомые ощущения, которые бывают, когда находишься в по‑настоящему хорошей форме. Это удалось — и это моя главная победа.
А медали были как приятное дополнение, бонус за то, что я не торопила события, не ломала себя и не пыталась во что бы то ни стало сразу выигрывать все подряд.
— На чемпионате России в гонке преследования тебя дисквалифицировали — из‑за того, что Анастасия Шевченко стреляла по твоей установке, а ты не разрядила обойму. Это был самый неприятный момент сезона?
— Нет, я уже даже не держу это в голове. В тот день я просто извлекла урок. Действительно, не до конца сориентировалась в нюансах правил. Мне казалось, что я себя обезопасила: вставила обойму в магазин и решила, что этого достаточно. Оказалось — нет. Нужно было просто поднять руку и передать ситуацию в руки судей, а они уже обязаны были принять решение.
В тот день, на мой взгляд, никто не был до конца прав. Я никакой апелляции не подавала, но уверена, что и судьи сделали для себя выводы. Никакой злобы или обиды не осталось — такие эпизоды бывают в спорте, важно из них вынести опыт и идти дальше.
Куда болезненнее для меня были частые болезни в течение сезона. Раза четыре за год я вылетала из процесса из‑за простуд. Очень тяжело просыпаться утром в день гонки и понимать, что на старт ты не выйдешь, хотя готовилась, настраивалась. И это, кстати, единственный ощутимый минус выхода на высокий уровень после родов: организм в первый год не всегда выдерживает тот график стартов, который задают организаторы.
Наш внутренний календарь сейчас перегружен — слишком много гонок, мало пространства для восстановления. Мне кажется, логично было бы ориентироваться на модель Кубка мира: чуть меньше стартов, но выше их качество и значимость.
***
— Быть мамой — как тебе в этой роли?
— Я к появлению дочери подходила максимально осознанно. Заранее читала литературу, консультировалась со специалистами, разбиралась, как создать для ребенка спокойную, комфортную среду, не ломая при этом собственную жизнь и не бросая спорт. Сложности в основном были связаны с логистикой: перелеты, сборы, переезды, необходимость постоянно продумывать, где в данный момент ребенок и с кем он. Но постепенно мы выстроили систему, и все стало гораздо проще.
Мне, наверное, действительно легче, чем мамам, которые выбирают вариант «полностью посвятить себя только воспитанию ребенка дома» и оказываются в режиме 24/7 без смены обстановки и отвлечения. Спорт структурирует мой день: у меня есть тренировки, восстановление, а время с дочкой — это отдельный, очень ценный блок, а не бесконечный марафон усталости. Я успеваю соскучиться, и за счет этого провожу с ребенком время осознаннее, внимательнее.
— Кто помогает тебе совмещать материнство и спорт?
— В первую очередь, конечно, муж. Без Василия (биатлонист Василий Томшин. — Прим.) ничего этого в таком виде просто не было бы. Он понимает, что такое спортивный режим, что такое сборы, и разделяет ответственность за ребенка не «эпизодически», а всерьез. У нас нет истории, что мама за все отвечает, а папа «когда‑нибудь потом подключится». Мы оба включены одинаково.
Плюс большая поддержка — наши родители. Они берут на себя часть забот, когда это нужно, и делают это с любовью. Это не вынужденная помощь, а осознанное участие. Благодаря им я могу спокойно уехать на сбор, не переживая каждую минуту, что с дочкой что‑то не так.
— Как изменилась твоя внутренняя мотивация после рождения ребенка?
— Очень сильно. Раньше спорт был центром вселенной: настроение зависело напрямую от результата, любое поражение казалось маленькой катастрофой. Сейчас есть человек, ради которого ты хочешь быть лучше не только на трассе, но и в жизни.
Когда понимаешь, что дочь когда‑то увидит все это — гонки, медали, интервью, твою реакцию на неудачи, — очень не хочется показывать ей маму, которая ломается при первом же неидеальном результате. Хочется быть примером устойчивости, уважения к труду и к соперникам. Это не значит, что я стала относиться к спорту менее серьезно. Я стала относиться к нему взрослее.
— Материнство сделало тебя спокойнее на рубеже и дистанции?
— Однозначно. Когда в жизни появляется ребенок, ты учишься распределять эмоции. Ты не можешь позволить себе «сгореть» на гонке, а потом три дня переживать, потому что дома тебя ждут с совершенно другой повесткой.
Я стала проще относиться к ошибкам. Промах — это не трагедия, а часть процесса. Можно расстроиться, проанализировать, сделать выводы и двигаться дальше. В этом смысле материнство — мощный тренажер психики: учит переключаться, принимать, отпускать и не зацикливаться.
— Как теперь выглядит твой обычный день, когда ты не на сборах, а дома?
— Утро начинается не с будильника, а с ребенка, это понятно. Завтрак, какие‑то маленькие ритуалы, и уже затем — первая тренировка. Мы стараемся так планировать день, чтобы я могла провести с дочкой качественное время до и после нагрузки, а не только заглядывать на пять минут между делами.
Часть восстановительных процедур я иногда переношу на вечер, когда муж может взять на себя больше забот по дому. Я уже не живу по схеме «спортивный лагерь», где все подчинено тренировкам. У меня скорее формат баланса: спорт — это работа, дом — это жизнь. И одно без другого уже не существует.
— Ты говорила, что сейчас тренируешься более автономно. Как строится твой тренировочный процесс?
— Я не отказываюсь от помощи тренеров, это было бы странно. Но у меня появился голос, который слышат. Я могу сказать: «Вот это мне не подходит по самочувствию» или «здесь нужно больше времени на восстановление», и это не воспринимается как каприз.
Я много анализирую сама: пульс, самочувствие, качество сна, реакцию на разные виды нагрузок. Слушаю организм значительно внимательнее, чем до декрета. Парадокс в том, что, став мамой и взяв на себя больше ответственности за свою жизнь, я научилась и в спорте действовать более ответственно и бережно по отношению к себе.
— Стали ли у тебя другими спортивные цели?
— Стратегически — нет. Я всегда хотела и хочу больших стартов, большого биатлона. Моя планка — олимпийский уровень, подиумы крупнейших соревнований. Но тактически я стала расставлять акценты иначе.
Сейчас важно не просто «выстрелить» одним сезоном, а сохранить здоровье, ресурс и желание выступать на несколько лет вперед. Я понимаю, что меня ждет ребенок, которому нужна активная, здоровая мама, а не человек, который еле ходит после изматывающей карьеры. Поэтому любые цели у меня теперь проходят через фильтр: «А не разрушит ли это меня как человека?»
— Какой опыт своего возвращения в спорт после родов ты считаешь самым ценным?
— Наверное, осознание того, что нет единственно правильного сценария. Многим кажется, что спортсменка должна выбрать: либо ребенок, либо карьера. Но жизнь показала, что можно выстроить третий путь — сложный, требующий гибкости, но вполне реальный.
Я поняла, насколько важно готовиться к беременности и к возвращению так же тщательно, как готовишься к старту. Не «как‑нибудь пережить этот период», а осмысленно: что будешь делать, как будешь тренироваться, как поддерживать тело и голову. Этот подход меня, по сути, и спас: не было резких рывков, все шло поэтапно.
— Что бы ты сказала спортсменкам, которые боятся, что материнство поставит крест на их карьере?
— Сказала бы: не принимайте решений из страха. Материнство не равно конец карьеры, так же как и карьера не должна означать отказ от семьи. Но очень важно быть честной с собой: готовы ли вы к большому объему ответственности, к тому, что придется учиться просить помощи, делегировать, иногда отказываться от идеальной картинки.
Нужно понимать, что будет тяжело — и физически, и эмоционально. Но при этом жизнь может стать намного наполненнее. Я сейчас действительно чувствую, что живу лучшую версию своей жизни: у меня есть любимое дело, есть семья, и это не конкурирующие, а дополняющие друг друга части одного целого.
— Если бы можно было отмотать время назад, ты бы что‑то сделала иначе в своей беременности или в возвращении в спорт?
— Честно — нет. Были ошибки, усталость, какие‑то непростые дни, но все это меня чему‑то научило. Я вижу результат: я вернулась, стала чемпионкой России, чувствую себя сильной и в спорте, и в новой роли мамы.
Иногда мне говорят: «Ты точно уверена, что не поторопилась с возвращением?» А я отвечаю: «Я в правильное для себя время стала мамой и в правильное время вышла на старт». И сейчас могу с полной уверенностью сказать: я живу ту жизнь, которую хотела, и она в разы богаче, чем была до рождения дочери.