«Завидуют люди, такова жизнь»: Александр Плющенко — о смене спортивного гражданства, критике, кумирах и планах на Гран-при
Месяц назад сын олимпийского чемпиона Евгения Плющенко — 11‑летний фигурист Александр — официально объявил, что намерен представлять на международной арене Азербайджан. Спустя некоторое время Международный союз конькобежцев утвердил смену спортивного гражданства. Теперь Саша может полноценно выступать на турнирах под азербайджанским флагом, и уже известно, на каких стартах он откроет для себя юниорский международный сезон.
Александр рассказал о своих эмоциях от разрешения ISU, о подготовке к этапам юниорского Гран-при, давлении общественности, выступлении с Димой Биланом, а также о своих кумирах в фигурном катании и возможных сложных элементах в программе.
«Это другие эмоции»: о разрешении выступать за Азербайджан
— Как отреагировал, когда узнал, что ISU одобрил твой переход под флаг Азербайджана?
— Чувствовал себя очень радостным и даже немного вдохновленным по‑новому. Появилось ощущение, что открывается новая ступень. Международные турниры — это разные страны, другая публика, иные судьи, совершенно особая атмосфера. Хочется поскорее ощутить это все на себе. Сейчас основная задача — готовиться и постараться показать хорошие прокаты. Пусть люди смотрят, переживают, болеют.
— Папа как‑то отдельно готовит тебя именно к международной арене?
— Никаких «секретных» установок нет. Всё то же самое, что и раньше: работать на тренировках, собираться на прокатах, не терять голову от эмоций. Просто теперь соревнования будут не только внутри страны, а с участием спортсменов со всего мира. Но подход к делу остается прежним.
Первые старты: этапы юниорской серии в Турции и Грузии
— Уже известно, на каких турнирах ты выступишь в новом статусе?
— Да, план понятен. Я заявлен на два юниорских этапа Гран-при — в Турции и в Грузии. Оба этапа пройдут в сентябре, поэтому подготовки впереди немного, нужно очень плотно работать. Сейчас вместе с тренерским штабом настраиваем программы, подкручиваем элементы, следим за физической формой.
— Какие ожидания от дебюта в юниорской серии?
— Не хочу строить громких прогнозов. Как получится, так и получится. Главное — сделать всё, на что готов, исполнить свои элементы максимально чисто и получить опыт. Конечно, я буду стараться изо всех сил, но загадывать результаты наперед не люблю.
О давлении и критике: «Раз обсуждают — значит, я интересен»
— Многие обсуждают твой переход в Азербайджан. Как справляешься с этим давлением и реакцией людей?
— Иногда что‑то попадается на глаза, читаю отдельные комментарии, но особого интереса к этому не испытываю. По‑честному, вообще не цепляет. Люди всегда чем‑то недовольны, зависть — часть жизни. Раз говорят обо мне, значит, я вызываю интерес. Если бы было иначе, никто бы вообще не обращал внимания, просто промолчали бы. А так выходит, что я кого‑то волную, и это в каком‑то смысле даже показатель.
— То есть ты не пытаешься специально отвечать хейтерам?
— Нет. Не вижу смысла что‑то доказывать тем, кто уже изначально настроен негативно. Моя задача — кататься, тренироваться и показывать результат на льду. Остальное — шум вокруг.
Про выступление с Димой Биланом: «Люди не понимают, на каком покрытии я катался»
— Критика звучала не только из‑за перехода в Азербайджан, но и после твоего выступления с Димой Биланом. Как ты сам оцениваешь тот выход на лед?
— Многие даже не представляют, в каких условиях это происходило. Лед был не ледом в привычном смысле, а тонким пластиковым покрытием очень низкого качества. Для сравнения: когда папа выступал на Евровидении, у него было совсем другое покрытие, с особой смазкой, подготовленное для фигурного катания и шоу. У нас же было ощущение, что я хожу не по льду, а по резине.
На всё — от примерки до попыток адаптироваться — было около двух часов. Для фигуриста это крайне мало, особенно когда покрытие ведет себя совершенно иначе, чем нормальный лед. Люди, которые не стояли на таком пластике, просто не могут представить, насколько это сложно — выполнить элементы и при этом еще соответствовать шоу-формату. Мы вообще склонялись к тому, чтобы отказаться, но организаторы настояли, сказали, что так подвести Диму будет неправильно. В итоге я вышел и сделал всё, что мог в той ситуации.
— Хотел бы снова повторить подобное шоу, но уже на качественном льду?
— Честно? Не вижу в этом особой необходимости. Кому и что я должен доказывать? Те, кто разбирается, и так понимают, на что я способен. Для меня приоритет сейчас — спортивные старты, а не отдельные выступления ради споров в интернете.
«Фигурное катание — это моя жизнь»: выбор между льдом и футболом
— Если бы перед тобой поставили выбор: стать олимпийским чемпионом по фигурному катанию или чемпионом мира по футболу, что бы ты выбрал?
— Олимпийское золото в фигурном катании, без вариантов. Лед ближе, это то, чему я отдаю себя с детства. Всю жизнь построил вокруг этого вида спорта: тренировки, режим, мысли о программах, элементах — всё про фигурное катание. Футбол мне тоже нравится, но фигурное — это уже часть меня.
Кумиры: Чен, Ханю и Малинин
— Есть фигурист, на которого ты особенно смотришь, кроме папы?
— Нейтан Чен всегда очень нравился. Его стабильность, сложность прыжков, умение собраться в самый нужный момент — это впечатляет. Плюс у него интересные программы, он не просто прыгает, а создает образ. Ещё очень уважаю Юдзуру Ханю. У него невероятное сочетание техники и артистизма: он может прыгать квадры, а может заставить лед казаться сценой театра.
— А что думаешь про Илью Малинина?
— Он мне тоже нравится. Технически он невероятно силен. Его квад аксель — это уже история фигурного катания. Смотреть на такие элементы вживую или даже по видео — особые ощущения. Понимаешь, насколько сильно наш спорт изменился и как высоко сейчас поднята планка.
— Задумывался, чтобы включить в свои программы сальто, как делает Малинин?
— Пока это на уровне размышлений. Нужно трезво оценивать риски и целесообразность. Посмотрим. Можно об этом подумать, но главное — не гнаться за зрелищностью в ущерб здоровью и стабильности основных элементов.
Как устроены тренировки перед Гран-при
Перед первым сезоном под флагом Азербайджана тренировки Александра стали еще более структурированными. Утро — обязательная общая разминка, растяжка, работа на «сухой» подготовке: прыжковые упражнения, ОФП, координация. Затем — два выхода на лед в день: один более технический, с отработкой прыжков и вращений, второй — акцент на программах и скольжении.
Отдельное внимание уделяется компонентам: дорожки шагов, работа корпусом, руки, хореография. Международные судьи, как правило, очень строго смотрят не только на чистоту элементов, но и на общую картинку: переходы, владение коньком, музыкальность. В юниорском Гран-при конкуренция высокая, и просто набор сложных прыжков уже не гарантирует побед.
Психология юного фигуриста: как не «сгореть» на старте
Для юного спортсмена международный дебют — всегда испытание не только в физическом, но и в эмоциональном плане. Другие страны, незнакомый лед, внимание прессы, повышенное любопытство к «сыну легенды» — всё это может давить.
Чтобы не «перегореть», Александру важно выстраивать внутри себя простую установку: соревнование — это продолжение тренировки, только в другой атмосфере. Помогает четкая рутина: одинаковый распорядок в день старта, знакомые разминки, определенные ритуалы перед выходом на лед. Чем более предсказуемым кажется сам процесс, тем меньше места остается для лишних переживаний.
Кроме того, не стоит забывать, что в юном возрасте главный капитал — опыт. Ошибка на первом международном турнире не ставит крест на карьере, а, наоборот, дает материал для роста. Именно так многие сильные фигуристы вспоминают свои первые сезоны: как о периоде проб и неизбежных промахов, которые в итоге сделали их только сильнее.
Почему выбор Азербайджана — не случайность
Смена спортивного гражданства для юного спортсмена — всегда тема для обсуждения. Но подобные шаги часто связаны с возможностью чаще выходить на международный лед, получать квоты на крупные старты и развиваться в реальной конкурентной среде.
Для Александра переход в Азербайджан открывает дверь на юниорские этапы Гран-при, чемпионаты Европы и мира, где он сможет не только набраться опыта, но и реально бороться за высокие места, не прикрываясь громкой фамилией. Это шанс выстроить собственную историю в фигурном катании — не «как сын Евгения Плющенко», а как самостоятельный спортсмен, выступающий за выбранную им страну.
Что ждут зрители и к чему стоит быть готовым
От Александра многие ожидают моментального фурора: фамилия обязывает, переход на новые старты подогревает интерес. Но фигурное катание — спорт, где путь к вершине редко бывает прямым. На первых этапах Гран-при зрителям стоит настроиться не только на оценку мест в протоколах, но и на наблюдение за тем, как спортсмен взрослеет прямо на глазах: усложняет контент, набирает компоненты, учится справляться с нервами.
Ошибки, недокруты, падения — часть пути. Важно смотреть шире: как меняется катание от старта к старту, как растет уверенность, как формируется собственный «почерк» на льду. И в этом смысле ближайшие сезоны для Александра — ключевые. Именно сейчас заложится фундамент того, каким фигуристом он станет во взрослой категории.
Что дальше
В ближайшей перспективе у Александра — дебюты в Турции и Грузии. После этого тренерский штаб будет анализировать выступления: смотреть, какие элементы заходят стабильно, что нужно упростить или, наоборот, усложнить, как корректировать программы под требования судей и особенности самого фигуриста.
Долгосрочная цель очевидна — выйти на уровень, где можно будет бороться за медали юниорских, а затем и взрослых чемпионатов, и, конечно, за участие в Олимпийских играх. Но сам Александр, судя по его словам, пока предпочитает думать не о громких заголовках, а о ближайших шагах: качественно откатать программы, набраться опыта и доказать свою состоятельность прежде всего себе.
А зависть и хейт он воспринимает как спутников успеха: «Завидуют люди, такова жизнь. Раз обсуждают — значит, я интересен». Для фигуриста, который только выходит на большую арену, это уже взрослый взгляд на происходящее вокруг.